[Рауха]

Ведущей областью культуры в наш век является наука. Научный метод познания претендует на гегемонию; поэтому настоящая глава начинается с характеристики отношения Розы Мира именно к научному методу. Приходится сказать сразу и без обиняков: сколько иллюзий ни создавали бы на этот счёт энтузиасты научного метода, но ни единственным методом познания, ни единственным методом овладения материей он никогда не был, не будет и не может быть. Не говоря уже о методе художественном, с которым научный метод высокомерно и неохотно делит теперь своё первенствующее положение, следует напомнить, что давно уже заложены основы такой методики познания и овладения материальностью, усвоение которой неразрывно связано с духовным самосовершенствованием человека, с просветлением его этического облика. Впереди брезжит даже возможность таких исторических стадий, когда эта методика придёт к некоторому первенствованию. Я подразумеваю не столько дискредитированные вследствие ряда недоразумений понятия магии или оккультизма, сколько понятие духовного делания. Различные системы и школы этого рода имеются во всех высоко развитых религиях. Разрабатывая веками практические приёмы воздействия воли на человеческий организм и на внешнюю материю и подводя человека к этому лишь после длительной нравственной подготовки и многостороннего искуса, они поднимали и поднимают сотни, может быть, даже тысячи людей, до того, что в просторечии именуется чудотворчеством. Эту методику, крайне трудоёмкую и вызывающую жгучую ненависть современных филистеров, отличает один принцип, науке чуждый: принцип совершенствования и трансформации собственного существа, вследствие чего физический и эфирный покровы личности становятся более податливыми, эластичными, более послушными орудиями воли, чем у нас. Этот путь приводит к таким легендарным якобы явлениям, как телесное прохождение сквозь предметы трёхмерного мира, движение по воздуху, хождение по воде, мгновенное преодоление огромных расстояний, излечение неизлечимых и слепорождённых и, наконец, как наивысшее, чрезвычайно редкое достижение — воскрешение мёртвых. Здесь налицо овладение законами нашей материальности и подчинение низших из них высшим, нам ещё неизвестным. И если в XX столетии большинство из нас успевает прожить всю жизнь, так и не столкнувшись с бесспорными случаями подобных явлений, то из этого вытекает не то, что подобных явлений не бывает, и не то, что они принципиально невозможны, но лишь то, что условия безрелигиозной эры — культурные, социальные и психологические — до такой степени затрудняют изучение и усвоение этой методики (особенно на Западе и ещё больше в странах социалистического лагеря), что сводят количество подобных случаев к немногим единицам. Некоторые воистину роковые для человечества события, имевшие место около двух тысяч лет назад — о них речь будет впоследствии, — повинны в том, что вовлечение не единиц, а множеств человеческих на этот путь познания и овладение материей оказалось невозможным. В дальнейшем, психологический климат безрелигиозной эры всё более и более тормозил движение по этому пути. Ныне освоение этой методики затруднено до предела, а в некоторых странах практически невозможно совсем. Но нет оснований думать, что таким медленным и трудоёмким этот путь останется навсегда: арелигиозная эра — не бесконечна, мы живём в её конце. Трудно представить себе что-нибудь столь же тяжеловесное, несовершенное, грубое и жалкое, чем достижения современной техники в сравнении с достижениями той методики, о которой я говорю. Если бы на её развитие и усвоение были бы брошены такие средства и такие неисчислимые людские резервы, какие ныне поглощены развитием методики научной, — панорама человеческой жизни, нашего творчества, знаний, общественного устройства и нравственного облика изменилась бы в самых основах. Психологический климат эпохи Розы Мира создаст для развития именно этой методики такие благоприятные условия, как никогда. Но это — дело будущего, и притом не слишком близкого. А пока это не стаяло настоящим, нам предстоит пользоваться в основном иною методикой, гораздо менее совершенной, не ведущей далеко, но повсеместно господствующей теперь.

Что касается критики науки, можно было бы упомянуть её эклектичность и идеологическую ограниченность перекрывающую возможность взаимодействия даже с близкими по характеру эмпирическо-рацоналистичными дисциплинами "не вписавшимися в ранжир". Эта ограниченность не позволяет приверженцам сциентизма понять исходную базу, основу "научного мировоззрения" являющегося по сути стадиальной формой развитой магии. Но к магии, увы, сводиться не только наука, но и то что Вы не слишком удачно обозначили как "духовное делание"
Развитие техники сиддх (а описываемые Вами феномены практически целиком укладываются в это понятие) имеет основательную изаночную форму, особенно хорошо заметную при рассмотрении с позиции общества. Дело в том, что при существовавшей и существующей поныне системе социальных связей по большей части ориентированных на иерархический принцип организации. А в подобной системе НЕИЗБЕЖНО проходит ранговый отбор в результате которого на вершине пирамиды оказываются не теоретики и узко ориентированные эксперты с ограниченными возможностями, а маги. А диктатура магов неизбежно порождает инертное социальное устройство служащее только лишь опорой для магического усовершенствования и совершенно не интересное в плане развития и усложнения. Напротив, каста магов прямо заинтересована в стагнационной стабильности всего прочего общества и, соответственно, порождает систему ценностей и этику направленную на незыблемость социальной пирамиды. При этом и сама она в собственной эволюции совершенно не заинтересована и игнорируя законы общества отнюдь не выходит из под их ввлияния, вырождаясь и застывая на уровне конфликта с окружающей средой.
Поэтому изменение положения в этой может стать позитивным только после перехода коллективного сознания на уровень осознанного коллективизма и продолжить развитие уже в его рамках подготавливая переход на новую, более эволюционно высокую стадию.

[Рауха]

Отсюда и общее отношение Розы Мира к науке и технике на текущем историческом этапе. Кропотливо накапливая факты, выводя из них кое-какие закономерности, не понимая ни природы их, ни направленности, но овладевая ими механически и при этом будучи не в силах предугадать, к каким изобретениям и социальным потрясениям приведут её открытия, — наука давно доступна всем, независимо от морального облика каждого. Результаты — у нас перед глазами и у нас над головой. Главный из них тот, что ни один человек на земле не гарантирован, что в любую минуту на него и на его сограждан не будет сброшена высокоинтеллигентными умами водородная бомба или другое, ещё более ошеломляющее достижение науки. Естественно поэтому, что одним из первых мероприятий Розы Мира после её прихода к контролю над деятельностью государств будет создание Верховного Учёного Совета — то есть такой коллегии, которая выделится внутренними кругами самой Розы Мира. Состоящий из лиц, сочетающих высокую научную авторитетность с высоким нравственным обликом, Совет возьмёт под свой контроль всю научную и техническую деятельность, направив свою работу по двум путям: планирующему и оберегающему.

Оберегать от науки и соответственно планировать... О развитии, похоже, речь не идёт, и, видимо, зря. У науки очень гибкий и развитый понятийный аппарат вполне способный к развитию, в тот числе и в сторону метаэмпирических, экстрасенсорных и духовных потенций. А этическая примитивность не обязательный атрибут, скорее наоборот, чистое поле. Не только водородные бомбы являются плодом науки, а её мнимую "вульгарность", вполне можно рассматривать как признак эгалитарности. Но как и любая иная практика это лишь инструмент. И верное его использование может стать как залогом успеха Розы, так и опорой новой формы тоталитаризма. Глобального тоталитаризма.

[Рауха]

Все, что относится к обереганию жизненных интересов человечества, представляется в общем достаточно ясным, во всяком случае в своих принципах, и вряд ли на этом нужно останавливаться здесь. Что же касается проблем, связанных с обереганием интересов животного и растительного царств, то они будут освещены в соответствующих разделах книги, посвященных животному миру и мирам стихиалей. Потому что это - едва ли не единственная область, в которой воззрения Розы Мира и взгляды большинства современных ученых не могут быть примирены. Впрочем, это противоречие затрагивает не какие-либо выводы науки, а лишь некоторые из ее частных практических методов, которые не только в глазах Розы Мира, но и в глазах почти любого религиозно-нравственного учения и даже почти любого гуманного человека несовместимы с элементарными требованиями добра.

Человек пока в основе остаётся животным и соответственно себя и ведёт, отличаясь только большими возможностями. Вряд ли к этом стоит ещё что-то добавлять.

[Рауха]

Кроме этих чисто методологических противоречий, между Розой Мира и наукой никаких точек столкновения нет и не может быть. Им негде сталкиваться. Они о разном. Не случайно, вероятно, то обстоятельство, что большинству крупных ученых XX века их научная эрудированность не мешала обладать личной религиозностью, не мешала им разделять и даже создавать яркие спиритуалистические системы философии. Эйнштейн и Планк, Павлов и Лемэтр, Эддингтон и Милн, каковы бы ни были области их научных изысканий, оставались каждый по-своему глубоко верующими людьми. Разумеется, я не принимаю при этом во внимание русских ученых советского периода, некоторые из коих вынуждены были заявлять о своем материализме не из философских соображений, а в силу совершенно иных причин, для всякого понятных. Оставим же в покое философию и политику: в чисто научных областях Роза Мира не утверждает ничего из того, в чем наука имеет право на отрицание. Налицо другое: о тех реальностях, которые утверждает Роза Мира, наука пока молчит. Но и это - явление недолговременное. Что же касается социальных, культурных, этических задач, стремиться решить которые будет Роза Мира, то невозможно представить, чтобы они встретили со стороны научных авторитетов какие-либо возражения по существу.

Они не могут быть о разном, и связь между ними прочнее и шире чем может показаться. Познание неделемо, а разгпраничения между его областями искусственны.

[Рауха]

Думается, что уже и не самая идея планирования науки будет тогда предметом дискуссии, а границы того, что охватывается планированием, и его практика. Не будет лишено, вероятно, некоторого интереса специальное изучение практики планирования и координации научных работ в некоторых государствах середины XX столетия. Но воспользоваться можно будет лишь отдельными их деталями, хотя бы уже потому, что Федерация будет состоять из многих государств, больших и малых, только что объединившихся, стоящих на разных ступенях экономического развития, формировавшихся в лоне различных культур и обладающих различными социально-политическими укладами. Некоторые из этих укладов, отличающиеся большей социализацией экономических отношений, будут легче вовлекаемы в общий неизбежный процесс всемирной социализации; другие, привычные к анархии производства, втянутся в него постепенно.

Вполне вероятно что к моменту возможного воплощения РМ национальные государства станут очевидным анахронизмом не отражающим ни этнических, ни политических реалий. Хотя культурные и экономические различия исчезнут навряд ли. Иначе может оказаться что возможность безвозвратно упущена.

[Рауха]

Всё это, равно как и многообразие культурных типов, будет создавать в первый период чрезвычайную пестроту мировой экономики и Бездействующих друг на друга культурных укладов. Долго еще будут давать себя знать и застарелые национальные антагонизмы. Не сразу удастся уравновесить и согласовать нужды отдельных стран и отдельных слоев населения, заинтересованных, например, в первоочередном развитии таких-то и таких-то отраслей промышленности там-то и там-то или в сбыте своей продукции куда-нибудь. От тех, кто будет возглавлять Ученый совет и самое Розу Мира, потребуется для справедливого решения этих проблем некое новое психологическое качество: преодоленность в собственном существе господства местных, столь пока еще естественных, культурно-расовых привязанностей, полное национальное беспристрастие.

Думаю, тут потребуется много большее чем просто беспристрастие.

Сколько усилий, какая авторитетность и даже самопожертвование потребуются хотя бы для того, чтобы ослабить застарелые антагонизмы - англо-арабский, например, русско-польский или армяно-турецкий! Каким поведением заслужат немцы, англичане, русские или американцы забвение той вражды, которую они возбудили к себе во стольких нациях? Какие воспитательные средства потребуются для того, чтобы разрушить комплекс ущемленного самолюбия, мешающий многим малым и средним нациям дружественно относиться к своим соседям и перерастающий в агрессивные мечты о достижении собственного величия за счет величия других? Но это - только одна сторона задачи. Многим западным нациям придется вытравить в себе малейшие следы старинного чувства превосходства своего перед другими. Русскому придется понять, что его страна - не венец создания и уж во всяком случае не лучше многих других. Англичанин вынужден будет совершить титаническую внутреннюю работу, чтобы отрешиться от невольного предпочтения интересов жителей Британских островов интересам жителей Индонезии или Танганьики. От француза потребуется умение принимать к сердцу интересы Парагвая или Таиланда так же горячо, как и свои собственные. Китаец или араб освободят свое сердце и ум от вскормленного столькими веками когда-то справедливого, а теперь устаревшего недоверия к европейцам и научатся уделять потребностям Бельгии или Греции внимания не меньше, чем потребностям Жэхэ или Судана. Жителям латиноамериканских республик придется отучиться от привычки заботиться и плакаться только о себе и принять участие в распределении мировых благ с учетом нужд Афганистана, Камбоджи и даже Якутии. А гражданам Соединенных Штатов надлежит вспомнить, что они почитаются христианами и что христианство несовместимо со звериной ненавистью к какой бы то ни было расе, хотя бы и черной. Трудно, трудно это, - ясно, что ужасно трудно, но избавление от войн и тираний - только через эту психологическую самопеределку. И уж конечно, надеяться на участие в работе всемирных планирующих органов не может ни один человек, не завершивший над собою подобной операции.

Всё так, только едва ли это станет самой сложной задачей. Замахнуться придётся на много большее, на то, что по убеждению многих лежит в самой сути человеческой природы.

Придется учиться даже национальному самопожертвованию: о, не своею кровью, разумеется, не жизнью своих сынов, а только долларами. Ибо наиболее богатым странам предстоит в какой-то мере поделиться своими ресурсами с народами Востока и Юга, и поделиться притом бескорыстно, безо всяких надежд сделать из этой помощи удачный бизнес. Короче говоря, каждый, причастный к руководству Розы Мира, должен уметь чувствовать себя прежде всего - членом космического целого, потом - членом человечества, и только уже после всего этого - членом нации. А не наоборот, как учили и учат нас доселе.

И совсем без крови обойдётся едва ли. Но даже это не видится основным препятствием.

[Рауха]

На всякий напоминаю -
Содержательные оффтопы должны быть аккуратно отделены, бессодержательные сообщения удалены без утилизации.
Административные претензии (тем более неуместные) следует предъявлять в разделе "Посоветуемся".

[Рауха]

Потому что общая цель Розы Мира, точнее - того гигантского духовного процесса, который начался тысячелетия назад и лишь этапом которого является Роза Мира, - так вот, цель этого процесса - просветление Шаданакара, а ближайшая эпохальная задача - чтобы достойный человека материальный достаток, простое житейское благополучие и элементарно нравственные отношения между людьми водворились везде, не оставляя вне своих пределов ни одного человека. Тезис о том, что всякому человеку без исключения должны быть обеспечены занятия, отдых, досуг, спокойная старость, культурное жилище, пользование всеми демократическими свободами, удовлетворение основных материальных и духовных потребностей, начнет стремительно воплощаться в жизнь.

И у этого процесса были свои этапы и свои закономерности проистекающие из базовых принципов устройства нашего мироздания или, глядя иначе, из общих основ обусловленности восприятия вообще.
С появлением человечества оный процесс характеризовался "кристализацией", ограничительным оформлением структуры индивидуального, личностного сознания. Да, эти рамки были и остались условными и по большому счёту иллюзорными, но и иллюзии вполне способны быть значимым фактором. О тесной связи коллективной и личностной форм человеческого сознания я уже упоминал. Теперешний кризисный момент отличен тем, что личностная ограничительная форма начала принимать гипертрофированный характер, проявляясь в частности в таком феномене как тотальное отчуждение. Эгоцентричность восприятия стала препятствием для развития людского сознания вообще. Без преодоления этого препятствия не возможно не только естественное развитие, но и просто предотвращение неминуемой деградации. И реанимация архаичных традиционных форм коллективизма для решения этой проблемы совершенно недостаточна. Тут явно необходимо более радикальное новационное средство.
Если развитие человеческой культуры можно уподобить спирали, то эта спираль имеет спирально же направленный вектор. И предстоящий виток выводит на новый макроуровень. А значит и соответствующая параллельная часть расположена весьма глубоко во времени, тогда, когда человечество человечеством как таком ещё только становилось, окультуривая "дикий", не регулируемый индивидуализм искусственными культурными нормами заменяющми древнюю природную стайную эмпатию разрушаемую личностным эгоцентризмом. И то, что было необходимо тогда теперь становится гибельным. И наоборот, то, что прежде сковывало становится жизненной необходимостью.
Я, разумеется, не ратую за бездонную и тотальную раскрытость индивидуальной психики. Появись такое развитие человечества застопорилось бы наглухо и в скором времени общество опустилось бы до неандертальского уровня поскольку ни материальный комфорт, ни культурные изыски не способны в теперешнем своём состоянии конкурировать с "роскошью человеческого общения" по отношению к которому материальный достаток дело третье а культура просто суррогатный заменитель. Нет, индивидуализм и отчуждённость уйдут далеко не сразу и не отовсюду. Но зависимость степени ответственности социальной роли и вытекающий из неё социальный статус должны оказаться связаны с самой глубокой, доходящей до телепатических проявлений эмпатией, причём направленной как извне так и изнутри. Думаю что только это может радикально пресечь гибельную в теперешних условиях тенденцию к формированию властных корпоративных структур. И едва ли тут имеется нечто принципиально невозможное.
Однако никакого всепоглощения и необратимости за этой способностью закрепляться не должно. Как бы ни была психологически комфортна полная открытость, её преобладание должно быть связано только с ограниченными периодами жизни. Одиночеству, именно одиночеству, а не позитивно окрашенному уединению на лоне природы, в созерцании культурных шедевров или даже в грамотно поставленной медитации, дискомфортному пребыванию в замкнутости индивидуальной психики среди пустыни окружающего человеческого мельтешения, будет оставлено важнейшее место. Только через него возможен контакт с трансцендентным, нетварным, непреходящим и действительно бесценным.
Иначе, полагаю, ценностная очерёдность для причастных к руководству Розы Мира так и останется не более чем благим пожеланием. И именно это только и может дать возможность удовлетворения основных материальных и духовных потребностей.

[gavrik]

дискомфортному пребыванию в замкнутости индивидуальной психики среди пустыни окружающего человеческого мельтешения, будет оставлено важнейшее место.

Господи, Рауха, ну нельзя же свой личный опыт самопознания возводить в Абсолют! Неужели ты думаешь что и во всех остальных людей одиночество=дискомфортное пребывание в замкнутости индивидуальной психики среди пустыни окружающего человеческого мельтешения? Как можно с сознанием ,достойным Морода, пытаться судить о других людях? Я в шоке... Вот точно, затворники бежали из благословенного мира в одиночные пещеры, дабы там страдать в гордом и мучительном одиночестве.

[Рауха]

дискомфортному пребыванию в замкнутости индивидуальной психики среди пустыни окружающего человеческого мельтешения, будет оставлено важнейшее место.

Господи, Рауха, ну нельзя же свой личный опыт самопознания возводить в Абсолют! Неужели ты думаешь что и во всех остальных людей одиночество=дискомфортное пребывание в замкнутости индивидуальной психики среди пустыни окружающего человеческого мельтешения? Как можно с сознанием ,достойным Морода, пытаться судить о других людях? Я в шоке... Вот точно, затворники бежали из благословенного мира в одиночные пещеры, дабы там страдать в гордом и мучительном одиночестве.

Замечание глупое, но, похоже, искреннее.
Одиночество - это состояние, а не местоположение. Характеризуется отсутствием полноценного контакта, изолированностью психики и потому особенно наглядно заметно при отсутствии физического уединения.
Если это всё что ты сумел "понять" ...

[gavrik]

Та да. Кто то и среди толпы мучительно одинок, а кто то и в затворе имеет кого любить и живёт намного ярче и богаче.

[Рауха]

«...че­ловек имеет священное право на одиночество, так как че­рез момент одиночества рождается личность, самопозна­ние личности, в одиночестве переживается единичность и неповторимость своего "Я"».

Н.А. Бердяев.
Формулировка не точна в деталях, но верна в основной сути.

[Рауха]

Та да. Кто то и среди толпы мучительно одинок, а кто то и в затворе имеет кого любить и живёт намного ярче и богаче.

Но не пройдя через опыт одиночества так и рискует остаться поверхностным балаболом независимо от числа почитателей.

[gavrik]

Та да. Кто то и среди толпы мучительно одинок, а кто то и в затворе имеет кого любить и живёт намного ярче и богаче.

Но не пройдя через опыт одиночества так и рискует остаться поверхностным балаболом независимо от числа почитателей.

Что такое "опыт одиночества"? Если в нём не будет внутреннего светильника- такой человек будет стремится избежать одиночества всеми возможными средствами, забивая каждую минуту своего существования кипящей вокруг жизнью мира, в страхе остаться хоть на мгновение во тьме своего одиночества. И наоборот, человек зажегший светильник своей души в одиночестве, будет его оберегать ,дабы мирские волны не смяли его и не потушили. Во всяком случае ,он должен будет выстроить стены одиночества для его первоначальной защиты.
О каком "опыте одиночества" ведёт речь Рауха?

[Рауха]

Та да. Кто то и среди толпы мучительно одинок, а кто то и в затворе имеет кого любить и живёт намного ярче и богаче.

Но не пройдя через опыт одиночества так и рискует остаться поверхностным балаболом независимо от числа почитателей.

Что такое "опыт одиночества"? Если в нём не будет внутреннего светильника- такой человек будет стремится избежать одиночества всеми возможными средствами, забивая каждую минуту своего существования кипящей вокруг жизнью мира, в страхе остаться хоть на мгновение во тьме своего одиночества. И наоборот, человек зажегший светильник своей души в одиночестве, будет его оберегать ,дабы мирские волны не смяли его и не потушили. Во всяком случае ,он должен будет выстроить стены одиночества для его первоначальной защиты.
О каком "опыте одиночества" ведёт речь Рауха?

Пафосно, но бессодержательно.
Истинный свет замечается только в одиночестве, оторванности от мира не дающей никакого комфорта. От всего мира, не исключая и всяческой "божественной" образности. Такой ценой и даётся настоящая, а не показушная или самоублажительная метанойя. Любому "нормальному" человеку свойственно избегать одиночества любым доступным образом, оно мучительно и трагично. Но без него никакие светильники не горят, только стекляшки холодное отражение внешнего света разбрасывают да тварные гнилушки разлагаясь фосфорицируют..

[Рауха]

Не скоро, лишь в последних главах смогу я осветить те конкретные мероприятия, ту систему последовательных реформ, благодаря которым, как мне представляется, эти принципы могут облечься плотью и кровью. Пока - речь только о принципах. Чтобы тот, в ком эти принципы не возбуждают сочувствия, не тратил времени и сил на дальнейшее чтение, а сочувствующий понял внутренний дух Розы Мира прежде, чем перейти к размышлению о путях претворения этих идеалов в жизнь.

Принципы хороши, как бывают хороши очень многие абстрактно-гуманистические принципы. Но для их основательного воплощения никакие реформы, включая педагогические, не могут быть достаточны даже для самого начала. Представление о том, что при наличии предоставленных возможностей человечество само начнёт самоусовершенствоваться обратясь к Высшим Силам наивно и дезориентирующе. Изменение условий формирования человеческого сознания невозможно без параллельного изменения этого сознания. Одно необходимо и взаимно обуслапвливает другое.

Таков принцип отношения Розы Мира к науке и технике, насколько можно дать понять этот принцип, не забираясь пока в метаисторическую и трансфизическую глубь. И такова должна быть роль научного метода в ряду ближайших эпох.

И тут едва ли нет серьёзной ошибки. Преодоление отчуждения и индивидуализма без участия всего научного комплекса через психологию и социологию едва ли даже представимо.

[Рауха]

Пройдет несколько десятилетий. Прогрессирующий рост производительных сил достигнет того уровня, который мы будем вправе назвать всеобщим достатком. Условия жизни, какими пользуются теперь граждане передовых стран, водворятся в самых диких уголках земного шара. Обращение на мирные цели тех неимоверных сумм, которые сейчас тратятся на вооружение, сообщит экономическому прогрессу почти непредставимые темпы. Период всеобщего начального обучения будет во всех странах преодолен, вероятно, еще раньше; в дальнейшем и среднее всеобщее образование начнет представляться уже недостаточным. Очертания интеллигенции совпадут с очертаниями человечества. Развитие новых и новых средств связи, их общедоступность, их комфорт фактически уничтожат проблему международного и межкультурного пространства. Рабочий день, сокращаясь все более, высвободит новые резервы времени. Физиология разработает аппаратуру, помогающую человеческому мозгу быстро и прочно запоминать воспринимаемые им сведения. Досуг станет возрастать. И те вопросы, которые волнуют сейчас большинство, - интересы хозяйства, организации производства, улучшения продукции, промышленной техники, дальнейшего совершенствования жизненных удобств, - потеряют свою остроту. Весьма правдоподобно даже, что тем поколениям будет непонятно и странно, как могли их предшественники увлекаться и кипятиться при решении столь скучных и плоских проблем. Запасы сил обратятся на создание ценностей высшего порядка, ибо материальная основа жизни не будет подвержена никаким колебаниям, всеобъемлюща и совершенно прочна.

Прошло не так уж мало десятилетий. Всеобщего достатка нет и в помине - богатые и влиятельные стали ещё влиятельней и богаче, бесправные и бедные ещё бедней и бесправней. Диких уголков на земнои шаре осталось совсем не много, но бедность и голод приобрели неизвестные истории масштабы. Прогресс негласно контролируется не требуя чрезмерных вложений, а к гонке вооружений добавилась гонка потребления служащая тем же целям. Образование стандартизируется и работает на жёсткую стратификацию общества, а его распространение направлено в первую очередь на улучшение качества раб.силы, а отнюдь не на развитие культуры. Сфера услуг заметно опережает в росте творческую интеллигенцию. Улучшение информационных связей ведёт к тотальной стандартизации культуры. Рабочий день сокращается весьма незначительно - праздность масс отнюдь не поощряется элитой. Физиология занята разработкой потенций психики отнюдь не в первую очередь и результаты этой работы весьма далеки от широкого внедрения. Острота перечисленных Вами вопросов не теряет своей актуальности ни в благополучных, ни в бедных регионах, там, где выживание не стоит на первом месте вперёд выходят проблемы соц.статуса. О создании ценностей высшего порядка забота проявлена не сильней чем в Ваше время, скорее даже наоборот.
Вот так оно с предпосылками дело обстоит.

[Капитан Сель]

осилил

но не понял Рауха занимается ревизией Андреевского учения или предлагает его вовсе оставить на книжной полке и заняться чем-либо более перспективным?
Рауха то с его моральными приоритетами подобно Диме Быкову может быть продолжит мечтать о будущем расцвете христианства и вообще всего хорошего и светлого.

мне же всё больше кажется что книги Дюма о мушкетёрах как и многие другие книги полезнее Андреевских мечтаний. И сам Андреев говорил, что искусство полезнее. А его трактат не искусство, его поэзия мало кому интересна.

в области искусства однако мы вступаем в очень интересную и возможно перспективную эпоху, когда благодаря массовым коммуникациям распространять эйдосы по планете несоизмеримо легче и удобнее.
Трансперсональщина ещё рулит.
То есть от того что история пошла сильно не по Андрееву это вовсе не повод для пессимизма. Она может быть ещё интереснее и увлекательнее закурчивается.... Настолько что описать весь этот современный процесс в каком то одном тексте, в какой то только одной парадигме вообще невозможно.

[gavrik]

мне же всё больше кажется что книги Дюма о мушкетёрах как и многие другие книги полезнее Андреевских мечтаний.

Это однако хорошо!Хорошо ,что не книги Луи Буссенара. Как говаривал Йоська Джугашвили: "Эта вещь посильнее Фауста Гёте"
А если серьёзно- до "этики" книги Дюма явно не дотягивают.

[Рауха]

осилил

но не понял Рауха занимается ревизией Андреевского учения или предлагает его вовсе оставить на книжной полке и заняться чем-либо более перспективным?
Рауха то с его моральными приоритетами подобно Диме Быкову может быть продолжит мечтать о будущем расцвете христианства и вообще всего хорошего и светлого.

мне же всё больше кажется что книги Дюма о мушкетёрах как и многие другие книги полезнее Андреевских мечтаний. И сам Андреев говорил, что искусство полезнее. А его трактат не искусство, его поэзия мало кому интересна.

в области искусства однако мы вступаем в очень интересную и возможно перспективную эпоху, когда благодаря массовым коммуникациям распространять эйдосы по планете несоизмеримо легче и удобнее.
Трансперсональщина ещё рулит.
То есть от того что история пошла сильно не по Андрееву это вовсе не повод для пессимизма. Она может быть ещё интереснее и увлекательнее закурчивается.... Настолько что описать весь этот современный процесс в каком то одном тексте, в какой то только одной парадигме вообще невозможно.

"Р.М." это в первую очередь футуристический проект, утопия. С серьёзными изъянами, но при этом и весьма оригинальными идеями не типичными для этого жанра и вполне вероятно весьма перспективными. Перспективными не столько возможностью буквального воплощения сколько определением векторов практически отсутствующих в работах аналогичной направленности.
Дюма - это старые проверенные морально-этические программы, и не более чем. Странно сравнивать.
Выбранный мною жанр - эпистолярный диалог с автором. Не строгий трактат. Его положение - мой ответ. Степень актуальности отдельных положений лично для себя всякий волен определить сам исходя из своего личного отношения к книге. Для тебя последний кусок банален, а как бы по твоему отнёсся к нему единомышленник Фёдора?